Нас всегда было двое, а теперь дохyя и конь-оборотень.
"Блять! Блять! Блять! Блять! БЛЯТЬ!" - орал Бастиш, Луноокий котобог среднего стажа, неистовой чечёточной дробью топча ступеньки меж уровнями Башни. Орал-то, конечно, мысленно, но так вдохновенно, что встречные из тех, кто кой-чего кумекает в мыслечтении, шарахались прочь.
"Блять, блять, БЛЯТЬ!!1"
Суть была в том, чтоб из трёхсот семнадцати ступенек марша наступить на каждую, поэтому Бастиш ну никак не мог споткнуться и съехать донизу на божественной жопе с божественными же матюками. Традиция, чтоб её - пусть разбор миров давно не обставлялся с помпой и дудками, но приснопамятный "дух" мероприятия всё ещё был в чести, а это значило, что будущий Хранитель и Управитель обязан шествовать величаво, проникшись грядущей ответственностью и всё такое. Разумеется, под стопою бога на ступеньках, в серёдке вытертых канавою, возгоралась одна из трёхсот семнадцати Рун-основ - бесполезное чтиво, которое задолго до рождения Бастиша уже хрен знает как произносилось, все забыли. Ненавидя всем сердцем эту ветхую муть, Бастиш всё-таки победно фыркал каждому отсвету из-под подошв - это значило, что разбор до сих пор не завершён. Бастиш опаздывал.
Блять, он узнал о разборе совершенно случайно! В последнюю, сука, секунду!
Блять, блять, БЛЯТЬ!
Как назло, в самом низу чёртовой лестницы он в разбега влетел в процессию каких-то демониц и крепко увяз в юбках. "Ну хана, теперь точно в пролёте..."
Когда, взмыленный и растрёпанный, он вкатился в тёмную низенькую лавчонку, грохнувшись лбом в линялую вывеску "У Сатурна", то уже и не надеялся... Ни на что не надеялся.
Однако унылый, невозмутимый вообще никаким лядом старикан Сатурн всё ещё держал на прилавке яшмовый тазик, и сквозь наброшенное полотно из тазика пробивался свет.
- Деданн! - взревел Бастиш, с новыми силами подскакивая с пола. - Да неужели?! ПОКАЖЫЫЫ! - в один скачок налетев на прилавок, котобог сорвал полотно и яростно затёр им юшку с лобешника.
- Ыть, архаровец... - как ни в чём не валялось, протянул лавочник. - Носятся тут... Ну вот куда ты всё рысачишь, толку-то рысачить и никуда не успевать?
- Так успел же! - Бастиш подбирался сунуть рыло в тазик.
- Тише копытишь - дальше копыта откинешь, - назидательно произнёс Сатурн. - Кончилось. Только россыпью осталось вот... - лицо лавочника стало совсем хмурыми, он кончиком длинного антрацитового ногтя пошевелил осколки на дне тазика - хрупкие сверкающие осколочки цветного шарика. Эти угловатые пёстрые кусочки вспыхивали горячими искрами, переливались броско, жарко - разбитый мирок не верил ещё, что обречён...
Бастишу стало грустно. Такое иногда случается: грубое движение - и распадается одна из заготовленных к раздаче планеток, а ведь все они больше чего угодно хотят жить, жить, поднимать в небо зори и крылатых тварей.
- Жалость какая... - вздохнул Бастиш, по одному перекладывая осколки из тазика в широкую божескую ладонь.
- Неушта брать буш? - прищурился Сатурн.
- Возьму! - вдруг разозлившись, вскинул жёлтые глаза котобог.
- Уу... - чуть попятился лавочник, - и как, прошлое перевяжешь? Или чего другое задумал?
- Слеплю! - огрызнулся Бастиш и ожесточённо засобирал остальные крохи мира с яшмового дна тазика. - Нагрею и жахну заново! У неё жилы живые, дедан! Глянь, глянь вот! - он сунул раскрытую ладонь с планетным крошевом Сатурну под самый нос.
- Ты легче... - нежданно смягчился лавочник, взял бога за руку и осторожно собрал ему пальцы в неплотный кулак, - не просыпь чего. И это самое... удачи, что ли...
Пусть с одной сверкающей крупкой, но выходил Бастиш из лавки упруго и легко, как победитель, задиристо развернув плечи перед долгой и непростой работой.

@темы: Башня Иггдрасиль